Интервью и проблематика

– Так мы же профессию не для кого-то выбираем — для себя. И потом, знаете, в нашей семье, кажется, водителями не становятся, а рождаются…

– А вот так. Мой младший сын, Дмитрий (ему сейчас 27), помню, еще ходить не умел, а уже в руках крутил что-нибудь, как «баранку» крутят. Смотришь на него, бывало, и думаешь: «Ну точно, будущий водитель!»

Да и сам я… У меня ведь отец, Анатолий Федорович, всю жизнь в колхозе «Заря» водителем проработал, в Славгородском районе Могилевской области. Вот только про отца моего отца ничего, к сожалению, в этом плане не могу сказать: тогда в ходу скорее конные повозки были, чем автомобили…

– Пришел работать сюда я в ноябре 1991 года. Поначалу это были внутренние перевозки, лет пять я так работал. Потом, примерно столько же, были поездки в Россию. В Казахстан ездил тоже. Еще позже стали поручать мне поездки в Польшу, Чехию. Лет семь я «ходил» на эти страны. А в последние года четыре уже по всей Европе ездил. Вместе с тем, как менялись направления работы, менялись и автомобили: поначалу был ЗИЛ, потом на МАЗе работал, на Iveco тоже долго ездил, а сейчас — MAN.

Если вообще о направлениях говорить… До марта это были такие страны, как Литва, Польша, Германия, Нидерланды, Бельгия, Дания… На окраину Франции как-то заезжал. Это маршруты, которые до недавнего времени можно было назвать постоянными: в эти страны мы регулярно возили пиломатериалы и некоторые иные грузы (металл и другое).

– (улыбается) Дорогами знаменитого тезки — полководца Суворова — ездить почти не приходилось: лишь однажды и уже довольно давно проезжал Швейцарию и Австрию.

– Да как изменился… Лучше работать, точно, не стало. Оно и понятно: прежние заработки складывались из того, что мы работали с европейскими заказами, и фрахты эти повыше были. На российском направлении сейчас и компаний, и техники между собой много конкурирует, и стоимость работы перевозчиков, мягко говоря, оставляет желать лучшего. У нас пока работа есть, вот недавно тендер выиграли и теперь, в том числе, возим в направлении Москвы кемпинговую мебель. Само по себе это хорошо, хотя заработки, конечно, пониже стали.

– Этот момент помню хорошо. Так получилось, что незадолго до этого мы с сыном на двух машинах везли груз пиломатериалов в город Венло. Это в Нидерландах, недалеко от границы с Германией. И вот представьте: обе машины на белорусских номерах, загружались мы вместе, груз у нас одинаковый, но у сына груз приняли и буквально через полчаса его отпустили, а я… В общем, восемь дней я там ожидал решения о принятии груза. Ну и обратный путь без приключений не обошелся. К границе в Польше уже длинные колейки тянулись, и я запросил разрешение на въезд со стороны Латвии. Оттуда и въезжал, но все равно трое суток отстоял в очереди. В общей сложности рейс длился 21 день.

– Они действительно очень далеко, азиатские страны. Это кругорейсы длинной в десятки тысяч километров! Такие расстояния и правда несколько пугают. Но здесь не только расстояния имеют значение. По той же Европе можно ехать и ехать. А если взять зимние, заснеженные дороги Казахстана, пролегающие через бескрайние степи… Приходилось мне там бывать, знаю что это такое.

– Как не поехал бы?! Поехал бы, конечно. И учебы все пройду, если это нужно будет. Куда скажут, туда и поеду. Это же транспорт, он должен быть мобильным. А значит, и мы, водители, тоже должны быть мобильными и готовыми работать в разных направлениях. Да и потом, помните, как говорил мой «дед», Александр Суворов?.. «Смелость города берет». И новые направления смелость тоже одолеть должна.

– Нет, не принимал. Но для белорусского водителя в такой работе нового ничего нет, я думаю. Оно и в прежние времена такое бывало: заканчиваются, предположим, у нас разрешения и что?.. Везем груз из Европы сюда, на склады «Белтаможсервиса», выгружаемся, и дальше этот груз забирает уже, к примеру, российский автомобиль. Теперь забирать груз будем мы, загружая к себе, или перецепливая оставленные на нашей территории полуприцепы. Конечно, с точки зрения оформления документов что-то будет иначе, но... Освоим, если придется.

– Четыре года автомобилю, а сколько он «бегать» будет, — от всех зависит. Машины, они ведь, кормят всех, не глядя, какую работу ты выполняешь на предприятии. Потому и о тех вещах, о которых Вы говорите, должны заботиться все, особенно кто напрямую с автомобилями работает. И водители, и служба технического обслуживания… Но водители, конечно, особенно. Ведь сейчас, посмотрите, и межсервисный интервал у автомобилей увеличился, а мой MAN — «еврошестой» к тому же. Если не дай бог что-то сломается, может и не поехать. Так что с бережного отношения к технике все начинается: любить нужно автомобиль, на котором работаешь.

– Знаете, нет, не вижу я в нем этого разочарования. Хотя, конечно, ситуация очень неприятная для всех и очень неопределенная. Но разочарования точно нет. Так что, думаю, будет работать, хотя именно по Европе он и хотел ездить.

Дмитрий в международных перевозках недолго — двух лет еще нет. До этого, правда, успел поработать в грузоперевозках внутри Беларуси. А так он в дальнобойщики давно рвался, моя работа сыну нравилась. Он и к нам на предприятие пришел, наверное, потому что я как-то сказал: «Давай, пробуй. Приходи к нам на предприятие, я буду рядом, если что — подскажу, научу». Месяцев восемь он работал на Iveco, а потом освободился MAN, и он пересел в автомобиль, который, как он и хотел, работал именно «по Европе».

– Приходилось, конечно. У нас в работе есть немало такого, для чего основательные знания нужны: как разместить груз правильно, чтобы перегруза по осям не было, или как закрепить его получше… Да много всего… Благо, есть связь мобильная, и в вайбере можно друг другу писать, то есть разные способы связи есть. Но в последнее время он значительно увереннее работает, за советами обращается реже. Скорее даже не советов спрашивает, а интересуется многим, что ему по водительской профессии интересно. Ему опыт мой интересен, ситуации разные… Надеюсь, из профессии не уйдет.

Да мы всей семьей переживаем за то, как ситуация складывается. Ведь старший сын, Андрей, работает торговым агентом в белорусской компании. Так что, как ни крути, а все мы зависим от того, как будут работать транспорт и торговля…

– …Думаю, самое главное втянуться в работу. А потом… (улыбается) Для меня в мои годы уже нет, наверное, трудностей. Куда меня ни пошли — я готов ехать. Что ни спроси — я знаю и обязательно подскажу, когда вопрос задает какой-нибудь молодой водитель (сейчас можно за тысячу верст находиться друг от друга, но не терять контакт). А когда есть кому помочь, согласитесь, трудности уже не такими трудными кажутся. И самому в дороге сколько раз другие водители помогали. Так что… Трудно с проблемами в одиночку справляться, а когда есть, кто может и готов помочь, трудности не пугают.

– Я очень надеюсь на то, что работа перевозчиков наладится, и мы будем работать. Ну и конечно, очень хочется, чтобы у соседей наших, в Украине, восстановился мир. Я всегда был против войны, нет ничего хуже этого.