Интервью и проблематика

«ЧТОБЫ ХОРОШО ЖИТЬ, НАДО ХОРОШО РАБОТАТЬ»

«Еду, завтра буду на базе, можем созвониться…», — звонок от Олега Мельянцова, водителя ООО «ОстВестТрансКар» и героя этого интервью, раздался в тот момент, когда я, если честно, уже распрощался с надеждой побеседовать с ним. С другой стороны, радовало: это хорошо, что водитель и его автомобиль, даже несмотря на санкции, загружены, по нынешним временам это очень хорошо. Вот и Олег говорит, что в работе появилось много неопределенности, у международных перевозчиков все меньше остается возможностей, чтобы влиять на ситуацию на рынке. Сначала очереди на границе, теперь санкции… Впрочем, мой собеседник почти сразу расставляет приоритеты, которые помогают ему справляться с трудностями. «Чтобы хорошо жить – надо хорошо работать», – уверен он. И отчасти становится понятно, почему именно он в составе девяти водителей из своей компании, удостоен по итогам 2021 г. Почетного диплома МСАТ. Кстати, о многом, вероятно, говорит и тот факт, что и само ООО «ОстВестТрансКар» хорошо заметно среди белорусских транспортных предприятий, отмеченных МСАТ: по количеству награжденных водителей оно на пятой позиции (из 31-й).

Забегая вперед, можно сказать: разговор получился интересным. Олег многое повидал. Еще задолго до того, как стать международником, работал за тысячи километров от родины (в Нижневартовске, например). А любовь к технике привил ему… Впрочем, зачем пересказывать эту историю своими словами?

– Родом я из деревни, наверное, как и 70–80 процентов «выходцев из СССР». Отец мой, хоть и не имел по работе отношения к технике, владел мотоциклом К-750. Мечта для любого мальчишки! И моя, конечно… И отец, человек по-крестьянски хитрый, быстро это подметил и разумно использовал. Еще в третьем классе, когда я предъявлял «пятерку» в дневнике, он заводил свой «Днепр» и давал мне, десятилетнему пацану (а ездить на мотоцикле к тому времени я уже умел), прокатиться по деревне перед своими друзьями и одноклассниками. А если таких оценок было несколько, то время поездки кратно увеличивалось. Все по справедливости!

Не знаю, может, кто-то раскритикует такие воспитательные методы, но восемь классов я закончил на «отлично». Не пропускал занятия, на уроках был внимательным, учеба давалась легко. Да и к технике с тех же десяти лет привязался. Сначала, конечно, понял устройство мотоцикла, дальше – проще… Ведь по принципу работы все механизмы, оснащенные двигателями, практически одинаковы, различия небольшие в них…

После службы в армии попал в Нижневартовск. Работая там, еще в 23 года, сделал свои первые дальние поездки: из Баку пригонял автомобильную технику для обеспечения нефтедобычи. Туда летели самолетом, обратно – своим ходом. Сейчас вспоминаю: очень хорошо тогда жили, дружно, самые разные национальности смешались в «общем котле», все друг к другу относились с уважением, были готовы выручить всегда и везде. Мне это было хорошо видно, ведь я проживал на Севере постоянно…

Но однажды все начало рушиться.

С развалом Советского союза среди людей появилась растерянность: как жить дальше? Почему-то многие решили ехать на родину, в новообразовавшиеся страны, бывшие республики. У людей не было уверенности в завтрашнем дне. Мы с женой продали квартиру с мебелью, и тоже уехали домой, в Беларусь. Правда, еще пару лет в Москве поработал: несколько управлений моего треста переехало из Нижневартовска в Подмосковье. А чтобы было понятно, как уезжали с Севера и какими были проблемы, представьте: на вырученные от продажи квартиры деньги удалось купить… новый цветной телевизор. И все…

– Трудно было устроиться в Беларуси?

– Когда вернулись, сразу стало ясно, что выгодное географическое положение здесь используется по полной: международные автоперевозки, транзит грузов развивались быстро и активно. В эту сферу и направился. Около 10 лет отработал в компании «Интерспутниктранс». А уже потом — компания «ОстВестТрансКар», где я работаю до сих пор.

– Как же так получается, сначала пол-Союза объехали, в Москве работали, а потом… полная «оседлость»?..

– Знаете, наверное, эта «оседлость» есть в моем характере. Кто-то готов метаться по городам и странам, подыскивая для себя комфортное место — такое, чтобы «все и сразу». Это не мое. И достойную заработную плату, и карьерный рост, я считаю, надо заработать. Уверен, это правильно было устроено в СССР, когда новичку, пришедшему на предприятие, давали старую машину. «Покажи себя: восстанови ее и работай!» И в международные перевозки ведь не каждого желающего брали тогда, на эту работу попадали только лучшие, пройдя испытания... Это уже сейчас молодежь приходит и, едва открыв кабину, смотрит: «А кондиционер есть?.. А музыка?.. Холодильник?..» Бытовые моменты бегут впереди всего остального…

– Большую часть своего рабочего времени Вы проводите за рулем, в кабине, но мыслите широко… Вот и вопросы подготовки новых кадров не чужие для Вас…

– Жизнь заставляет думать обо всем — не только о водительской смене. Вокруг что происходит… Условия, в которых приходится работать, диктует большая политика. Ни мы, водители, ни руководство компании, не можем повлиять на ситуацию с неоправданно выросшими очередями на границах или на выбор направлений, загрузок, маршрутов. Нет уверенности в будущем…

Все это не могло не наложить отпечаток на взаимоотношения между людьми: водителям-международникам уже приходится сталкиваться с неприязнью в связи с национальной принадлежностью. Хорошо, что это, скорее, исключение. По крайней мере, мне с таким отношением встречаться не приходилось. Откровенного хамства или случаев повреждения машины в моей практике не случалось, но нельзя было не заметить, насколько зарубежные таможенники «выборочно» работают по отношению к нашему транспорту. Как только подъезжает автопоезд на белорусских номерах, сразу включается «итальянский страйк»: оформление идет, но о-о-очень медленно. От этого у человека за рулем падает настроение, и он… поневоле срывается на других. Плохое настроение переходит к коллегам, знакомым, близким людям… и этот негатив распространяется на всех. Разве это нормально?..

– И все же в Ваших словах я не слышу паники по поводу ситуации…

– Возможно, потому что у нас достаточно разностороннее предприятие. Автопарк составляют самые разные автомобили:

самосвалы, «бочки» под наливные грузы (мы возим битум), автопоезда для международных перевозок. И разные виды перевозок как бы дополняют друг друга. Те же самосвалы летом работают, наверное, больше, чем мы, международники. А зимой на первый план выходит именно «международка». Потом, начинается сезон ремонта дорог, и на полную силу подключаются битумовозы, в том числе на международных рейсах.

…Насколько я помню, когда я пришел работать на предприятие, здесь в международных перевозках было задействовано пять автомобилей. Сейчас этот автопарк насчитывает около 50 автопоездов. Бывали периоды, когда спад внутренних перевозок грозил предприятию проблемами, и тогда, да, экономику компании «тянули» международные фрахты: здесь все более-менее стабильно всегда было, работа всегда велась с прибылью. А в «свой сезон» самосвалы приносили больший доход, чем автопоезда. Соответственно, и зарплата у водителей была даже выше, чем в «дальнобое». Скажу больше: когда я пришел на предприятие, за рулем самосвалов сидели почти все бывшие международники!

– А как Вам кажется, является ли сегодня авторитет белорусского водителя достаточно высоким, чтобы он успешно конкурировал за место в зарубежной компании?

– Авторитет белорусского водителя высок. Но этот авторитет нарабатывался годами и, главное… коллективно! Белорусские водители, в первую очередь, работяги. Наш водитель надежный, он знает свое дело, не «капризничает». Он терпелив, и – что греха таить – готов работать за ту заработную плату, на которую могут не «клюнуть» водители из других стран. Думаю, если вопрос встанет ребром, то с трудоустройством за рубежом проблем у белорусов не возникнет.

– Если, не дай Бог, все сложится плохо… что дальше? Работа в Евросоюзе, внутренние перевозки, смена профессии?..

– Сегодня основным инструментом экономики являются деньги. Людям приходится «крутиться» изо всех сил, чтобы заработать. Поэтому те, кто работает, например, в Евросоюзе, вряд ли вернутся домой. Если только их не заставят это сделать, приняв какие-нибудь решения на законодательном уровне.

А те, кто работает в наших, белорусских, транспортных компаниях, из-за сложившейся ситуации пока теряют привычно высокий заработок. Что дальше, в такси?.. Но и здесь все непросто. Даже привыкшие к новым удобным сервисам граждане сейчас пересаживаются в общественный транспорт, желая сэкономить. Да и потом, «наши люди в булочную на такси не ездят», помните?

Думаю, очень важно определиться со своими желаниями, честно ответить самому себе на вопрос: чего ты хочешь? И, исходя из ответа, принимать окончательное решение.

Для меня определяющими являются достаток и благополучие в моей семье. Вот Вы спросили у меня, почему я столько лет остаюсь работать в одной фирме? Нет, не потому что она известная или у нее хорошие показатели в работе. Все дело в том, что я понял: меня здесь все устраивает. …Помните, как еще в СССР на многих объектах работали сезонные рабочие, их еще «калымщиками» называли? Они за какое-то время выполняли выгодный заказ, а потом благополучно «проедали» заработанное, ничего не делая. Так вот, если их сезонный заработок равномерно разделить на год, то в месяц получается совсем не большая сумма. Я на такое никогда не соглашусь! Уверен: чтобы хорошо жить, надо хорошо работать.

Сегодня сложно говорить про «потом», про то, что будет дальше. Скажу не только за себя, но и за своих коллег: пока паники, упаднических настроений у нас нет. Зато есть неопределенность. Думаю, пока ситуация не прояснится, большинство останется «в режиме ожидания», чтобы не терять то, что имеют. Как долго продлится этот период? Минимум, еще полтора–два месяца. Перенастроить логистику перевозок одним решением, одним махом невозможно…

Беседовал Михаил КОНЮХ