Проблемы на российско-грузинской границе. Что не так с „Верхним Ларсом”?

„Верхний Ларс” в Северной Осетии – это, по мнению водителей, один самых неудобных пунктов пропуска. Через него проходит единственная автодорога, соединяющая Россию с Закавказьем и Ближним Востоком, и поэтому здесь – постоянные очереди, которые порой растягиваются на несколько километров. Проезжающие недоумевают, почему поблизости до сих пор нет транспортно-логистического комплекса, где можно было бы элементарно отдохнуть, обогреться, оставить на хранение груз.

10 лет назад „Верхний Ларс” был реконструирован. Тогда увеличили количество полос для движения до 12, по 6 в обе стороны. Суточная пропускная способность возросла до 4000 человек и 400 автомобилей – 170 – грузовых, 200 – легковых и 30 — автобусов.

Но на самом деле в разгар туристического сезона через „Верхний Ларс” может проезжать более 15 тысяч человек, 3500-4000 единиц легкового транспорта и 350 грузовиков. В такие дни российским пограничникам и таможенникам приходится работать на износ, даже несмотря на то, что количество сотрудников существенно увеличивается.

Власти признают, что проблема есть

В ноябре на Крестовом перевале Военно-Грузинская дорога начинает замерзать. Пункты пропуска „Верхний Ларс” и „Дарьял” приходится закрывать. Зимой и в первой половине весны на перевальную дорогу сходят лавины, и порой автомобилисты вынуждены стоять по две-три недели в ожидании благоприятных погодных условий.

У водителей сдают нервы. Большие нарекания с их стороны вызывает продолжительность прохождения погранично-таможенных процедур. Длительное стояние отражается и на экологической обстановке: помимо выхлопов, это еще и стихийные свалки вдоль дорог.

Дорога к „Верхнем Ларсу” проходит через густонаселенную часть Владикавказа. В будущем году власти обещают начать прокладывать давно обещанную дорогу в объезд города. 14-километровая четырехполосная трасса должна не только освободить от транзитного транспорта улицы города, в частности, спальные микрорайоны, через которые проходит участок Военно-Грузинской дороги, но и снизить загазованность столицы.

Сами дальнобойщики эти намерения приветствуют, но говорят, что в условиях ежегодного роста автотрафика не меньшую актуальность приобретает строительство транспортного хаба. Расстояние от „Верхнего Ларса” до Владикавказа составляет 38 км, и иной раз во время приграничного стояния хвост очереди может доходить до окраины североосетинской столицы. Большая парковка на сотню грузовых транспортных средств разворачивается и перед въездом во Владикавказ. У так называемого ногирского перекрестка дальнобойщики практически в открытом поле могут стоять до двух недель.

Транспортный хаб – обязателен

Водитель из Батуми остановился, чтобы пополнить запасы питьевой воды. В беседе с «Кавказ.Реалии» он отмечает, что не раз слышал, что дальнобойщики доставляют неудобства местным жителям. Однако, по его словам, ситуация не меняется.

„Осетия – это транспортный коридор между Закавказьем с одной стороны и Россией, Восточной Европой, Казахстаном – с другой. Иной раз здесь можно и на месяц застрять, когда не бывает погоды на Крестовом перевале. Зимой разворачивают палатки обогрева. Но это не решение проблемы. Ими могут воспользоваться только те, кто у самой границы стоит, а тем, кто подальше, приходится постоянно жечь солярку. Давно бы уже построили какой-нибудь транспортный городок, чтобы и нам было легче, и местных не напрягали бы. Места на вашем участке Дарьяльского ущелья достаточно”, – негодует водитель.

Транспортный хаб – это не просто стоянка с элементарными удобствами, но и логистический узел с продуктовыми, промышленными и строительными складами. Зачастую многие грузовики едут с большим перегрузом, и, чтобы избегать штрафных санкций из-за порчи дорог, могли бы оставлять там на хранение лишний груз или перекладывать его в машины посвободнее. Еще один аргумент в пользу хаба – ремонтные мастерские.

Водитель армянской транспортной компании Spayka, остановившийся на короткий отдых, вспоминает, как когда-то встретил на подступах к российско-грузинской границе новый год.

„Мы понимаем, что погоду не закажешь. Но хотелось бы, чтобы и российские власти о нас побеспокоились. Мы ведь платим «Платону», а удобств в приграничной зоне – никаких. Как-то на 12-градусном морозе с сильным ветром часа три ремонтировал машину. Другого выхода у меня не было”, – рассказывает дальнобойщик.

Большинство большегрузных автомобилей по Военно-Грузинской дороге едут из Армении. В начале февраля таможенный атташе из Еревана, который навестил „Верхний Ларс”, обратил внимание на то, что хаб в этом месте – обязателен.

„Если между Арменией и Грузией функционирует три перехода, то между Грузией и Россией – только один. Альтернативой могли бы стать дороги через Абхазию и Южную Осетию, но они по политическим мотивам закрыты. Бывает, что за день по 1000 машин в обе стороны следуют. Нагрузка на пост возрастает по меньшей мере в три раза”, – сказал Арам Тананян, таможенный атташе при посольстве Армении в России.

Он прогнозирует, что с развитием товарооборота между странами Евразийского экономического союза, нагрузка на пост будет возрастать. Тем более, что, по его словам, все больше в товарооборот интегрируется иранский рынок.

„Армения станет связующим звеном между странами ЕАЭС и Ираном (страна ведет переговоры по вступлению в союз – прим.ред.). Иранский рынок очень интересный и перспективный, поэтому в будущем «Верхний Ларс» будет еще более востребован. И нужно развивать придорожную инфраструктуру в населенных пунктах Нижний Ларс и Чми. Так что в потенциале хаб будет крайне необходим. Это в разы повысит экономическую привлекательность Военно-Грузинской дороги”, – говорит Тананян.

Логистический центр за 3,5 млн евро

Еще несколько лет назад власти Северной Осетии говорили о крупным транспортном центре по принципу режима „свободный склад” в Дарьяльском ущелье. Однако в середине 2015 года в республике сменилась руководство, и проект был заморожен.

„Это позволило бы разгружать товары, сортировать, хранить, переадресовывать. В общем оптимизировать грузооборот. Основную ставку предполагалось сделать на товарах из Турции и Армении”, – рассказывает бывший министр туризма, предпринимательства и инвестиционной политики Северной Осетии Алан Диамбеков.

В конце февраля 2020 года в республике вновь заговорили о строительстве многофункционального логистического центра и очертили землю площадью 25 га в районе станицы Змейская, что неподалеку от границы с Кабардино-Балкарией. Было заявлено, что примерная стоимость проекта – 300 млн рублей (3,5 млн евро). Однако идея пока остается на бумаге.